Роль государства в экономике - это тема для полемики, однако еще большую дискуссию вызывает тема роли государства на финансовом рынке страны. Если роль регулятора финансового рынка ни у кого не вызывает вопросов, то должно ли государство выступать собственником банков, страховых компаний, компаний по управлению активами и т.д. - вызывает очень большие вопросы. В мировой практике есть множество подходов и моделей, как именно государство может принять участие в развитии финансового рынка, инвестируя в финансовый бизнес. Но наша задача - это не заглянуть за забор к соседям, а провести ревизию опыта участия государства в данном сегменте в Украине. Мы не будем касаться темы трех государственных больших банков: Ощадбанка, Укрэксимбанка и Укргазбанка, роль которых носит дискуссионный характер и, ввиду их масштабного влияния на экономику, является отдельной темой для исследования.

            Как закалялся Родовид            

Первым в урну попал так называемый банк плохих активов - Родовид банк. Решение о введении временной администрации в Родовид было принято 25 февраля 2016 года, и хотя впоследствии временная администрация в Банке была продлена, этот банк вряд ли сможет выбраться живым из Фонда гарантирования вкладов.                        

Хроника Родовида - начало            

Родовид был зарегистрирован в 1990 году и проработал довольно успешно как частный банк до конца 2008 года. Этот банк был далеко не аутсайдером и был на хорошем счету даже у международных организаций, таких как DEG и FMO. Первые сигналы поступили в начале октября 2008 года, когда Родовид попросил рефинансирование у НБУ. Уже 13 октября 2008 года один из крупных банков первой группы объявил о том, что прекращает обслуживать карты Родовида в своих банкоматах и терминалах.            

К январю 2009 года Родовиду для поддержания активности нужно было внести в капитал около 700 млн. грн. 23 февраля 2009 года Родовид неожиданно запросил поддержку у правительства, предложив влить в капитал банка те 700 млн. грн., которые нужны были для докапитализации. 16 марта 2009 года НБУ ввел в Родовид Банк временную администрацию, а в мае 2009 НБУ предложил провести рекапитализацию Родовида.            

В июне 2009 года всплывает информация о том, что Родовиду на рекапитализацию рекомендуется выделить уже не 700 млн. грн, а 2,8 млрд. грн. в обмен на 99,9% акций банка в пользу государства. 10 июня 2009 года Кабмин утверждает предложенную пропорцию по рекапитализации Родовида, а правительство получает банк в свое распоряжение. Вместе с Родовидом национализируют банки Киев и Укргазбанк, а фактический контроль над этими банками Минфин получил уже 1 июля 2009 года. К 2,8 млрд. грн. рекапитализации в августе 2009 НБУ предоставил Родовиду еще дополнительное рефинансирование в сумме 1,8 млрд. грн., а уже к концу месяца выяснилось, что группа компаний Д. Фирташа не возвращает Родовиду 2,5 млрд. грн. кредитов и потенциально, уже по третьему кругу, рисуется еще одна дыра в балансе уже государственного банка.            

Позже, тогда еще министр МВД Ю. Луценко, в конце августа 2009 года анонсирует громкое дело по краже 2 млрд. грн. из Родовида через выдачу кредитов подставным фирмам еще в 2007-2008 гг. 7 сентября 2009 года как гром среди ясного неба по рынку разлетается новость о том, что Родовид банку требуется уже 5 млрд. грн. дополнительного капитала, а 11 сентября рынок узнает о том, что заявка на срочную докапитализацию в сумме 1 млрд. грн уже была подана Родовидом в Минфин. Уже 8 октября менеджмент госбанка Родовид озвучивает, что банку необходима докапитализация в сумме 8,9 млрд. грн., правда тут же принимается решение о переводе вкладчиков и активов из Укрпромбанка в Родовид.            

В ноябре 2009 года добрый украинский Кабмин принимает решение докапитализировать Родовид на 5,6 млрд. грн. А в декабре 2009 года Минфин анонсирует докапитализацию Родовида еще на 6,5 млрд. грн., но в феврале 2010 года его уже хотят докапитализаировать на 7,5 млрд. грн. Параллельно Родовид, по указке Кабмина, начинает активно кредитовать предприятия Суммыхимпром и Мостобуд, и все это в то время, когда в Родовиде все еще работает временная администрация.            

В июне 2010 года СБУ объявляет о том, что выявлены хищения в Родовидбанке в сумме 340 млн. грн. за 2009-2010 гг. А в сентябре 2010 года НБУ предлагает все же докапитализировать банк не на 7,5 а на 5,8 млрд. грн. Но уже в октябре 2010 Контрольно-ревизионное управление делает сенсационное заявление о том, что из Родовида было вымыто около 8 млрд. грн. Несмотря на такие сенсации от КРУ, Кабмин все же принимает новое решение о докапитализации Родовида уже не на 5,8 а на 3,95 млрд. грн. Решение принято в марте 2011 года, при этом часть вкладчиков Родовида переводится в Ощадбанк.            

7 апреля 2011 года НБУ объявляет о совей готовности превратить Родовид в банк плохих активов. НБУ считает, что Родовид будет скупать плохие активы у госбанков - Ощадбанка, Укрэксимбанка и Укргазбанка. В сентябре 2011 Родовид получает от Кабмина статус "санационного банка" и только после этого из банка выводят временную администрацию.            

Хроника Родовида - бесславный конец              

Итак, эпопея с национализацией Родовида привела к тому что государство в общей сложности потратило 8,55 млрд. грн. или чуть больше 1 млрд. долларов США на протяжении 7 лет для того, чтобы потом подвести банк под ликвидацию, и при этом еще почти 3 года мучить вкладчиков банка мораториями на выплаты кредиторам. Отдельно стоит обратить внимание, как во время анонсов о рекапитализации менялись аппетиты чиновников. При максимальной сумме анонса в 2009 году в 7,5 млрд. грн. в 2011 году хватило и 3,95 млрд. грн.            

Сопоставление анонсов по капитализации в 2008-2010 гг. с итогами проверок КРУ и СБУ показывает, что спасение Родовида оказалось очень прибыльным делом для всех, кто его спасал, а идея "санационного банка" (поначалу для госбанков) - была, мягко говоря, надуманной. Если оставить авторам детективов яркие эпизоды экстрадиции виновных из Венгрии, отсидки невиновных в следственном изоляторе, то в сухом остатке можно сказать, что опыт Родовида показывает, что государству Украина пока лучше держаться подальше от участия в капитале банков. Истраченный 1 млрд. долл. США на Родовид сейчас ой как приходился бы Украине.              

Превращение нужных в ненужных            

Украинский банк реконструкции и развития - один из самых маленьких госбанков - получил свою банковскую лицензию летом 2004 года. Для развития банка государство выделило ему всего 32 млн. грн. В 2007 году УБРР получил еще 40 млн. грн. в уставный фонд. В 2010 году УБРР дали в уставный капитал еще 23 млн. грн., а в 2011 году он снова получил допвливание, и опять в сумме 23 млн. грн.            

В 2013 году государство планировало увеличить уставный капитал УБРР до 5 млрд. грн., но так и не успело. А в 2015 году УБРР уже был вынужден привлечь 28 млн. грн. субдолга у одного из крупных госбанков. В итоге УБРР в 2016 году был выставлен на продажу, но ФГВФЛ так и не нашел на него покупателя. А после того как НБУ обязал банки нарастить уставный капитал до 120 млн. грн., УБРР рискует получить проблемный статус и быть выведенным с рыка через ФГВФЛ.            

Об УБРР было известно не много. На 01.04.2016 кредитный портфель УБРР составлял аж 123 тыс. грн., на балансе банка числились ценные бумаги в сумме 60,712 млн. грн. В итоге, УБРР как госбанк проболтался на рынке в период с 2004 по 2016 год, и так и не стал полезным для экономики Украины. Его создавали при Кучме, динамику банку пытались придать Данилишин и Арбузов, но, как видим, дальше слов дело не пошло. Зато банк исправно принимал взносы государства в уставный фонд. Хотелось бы надеяться, что в портфеле банка скопились ОВГЗ, которые нигде не заложены и которые попадут в ФГВФЛ в случае ликвидации УБРР. Пока что банк не продается и стоит в очередь в ФГВФЛ, зато государство потратило на него 118 млн. грн. и еще 57 млн. грн. субдолга, который могут и не вернуть. Итого с 2004 года потрачено примерно 21 млн. долл. США.            

УБРР вроде бы повело в июле СМИ сообщили, что банком заинтересовались китайские инвесторы. Однако судьба его пока не известна.              

Похожая судьба у Госзембанка, который создали в 2013 году. В отличие от УБРР, уставный капитал банка составляет ровно 120 млн. грн., т.е. контрольное время 17 июня 2016 года он прошел успешно. Однако структура баланса Госзембанка говорит о том, что перед нами не банк, а скорее госучреждение, 95% активов которого представлено ликвидными активами и их эквивалентами, так как за период своего существования банк не выдавал кредитов. Кроме длинного списка наблюдательного совета и конфликта вокруг руководства банка, Госзебанк ничем не примечателен, разве что красочным объявлением на своем Web-сайте о том, что банк не принимает депозиты и не торгует земельными участками. Видимо, сотрудников банка утомляют телефонными звонками и расспросами, а коль операций нет - то самое время развесить подобные объявления.             

В итоге, на Госзембанк было истрачено 120 млн. грн., в 2013 году это было примерно 14,7 млн. долл. США. 27 июля 2016 года НБУ принял решении о признании банка неплатежеспособным.              

 

"Страхование" от МВД            

Тем, кто посчитал нудными истории УБРР и Госзембанка, повествование о потугах МВД на рынке страхования покажется настоящим вестерном, хотя и недотягивающим до истории с Родовидом. В Украине уже много лет работает страховщик "Украинская охранно-страховая компания", 60% акций компании принадлежит Государственной службе охраны, причем 40% - центральному ведомству, а 20% - Киевскому управлению. После трагической смерти директора компании Игоря Барана в мае 2013 года у компании дела приобрели отрицательную динамику. К концу 2015 года отрицательная динамика стала уже очевидной, накопились неплатежи, а в 2016 году компания утвердила с Нацкомфинуслуг план финансового оздоровления.            

Однако уже в мае 2016 года существенная часть сотрудников страховщика была уволена и, по всей видимости, акционеры страховщика не собираются предоставлять капитал для смягчения ситуации в компании, но все же еще пытаются ее спасти другими методами. Ситуация сложилась довольно комичная, поскольку на страховщиков, которые не осуществляют выплаты, страхователи жалуются не только в Нацкомфинуслуг, но и в полицию. Но ведь сама УОСК и принадлежит структурам МВД, на котором, видимо, круг для таких страхователей и замыкается. На создание УОСК госведомства потратили около 10-12 млн. грн., что немного, но очень может быть, что они лишились своего актива и создали головную боль Нацкомфинуслуг.              

Крест на госпроектах на финрынке?            

Думаю, что приведенных примеров участия государства в проектах финансового сектора более чем достаточно. Опыт показывает, что под видом спасения банков через национализацию можно украсть 1 млрд. долл. США, а под видом создания чего-нибудь ненужного можно распилить пару десятков млн. долларов США и пристроить нужных людей в ненужную организацию. В стране практически нет успешных примеров приложения государственного капитала к банковскому или страховому бизнесу.             Конечно, это очень плохо, поскольку государство, у которого прямой канал вливания госсредств в реальный сектор через кредитный рынок перекрыт коррупцией или плохим управлением, теряет один из рычагов влияния на экономику. Однако таковы рыночные реалии нашей среды. Старые "красные директора", напуганные спецслужбами времен СССР и ранней независимости Украины, ушли, а новое поколение истеблишмента рассматривает проекты в финансовом секторе как способ дотянуться до государственных финансов и откусить от них кусочек.              

В этом свете все более любопытны идеи политиков о создании госбанка развития, госстраховой компании и других структур. Обильный международный опыт показывает, что подобные решения возможны, и они даже работают в США или Германии, Австрии или Чехии. Но украинская среда реализовать эти проекты с участием только государства не позволяет. Я считаю, что тут на помощь должно приходить гражданское общество. Не стоит сидеть и ждать решения правительства о выделении многих миллиардов гривен в уставный фонд госбанка или государственного страховщика. Любой проект, который претендует на госфинансирование, вначале должен доказать на практике свою востребованность обществом. Нужно заставлять, чтобы инициаторы проекта запускали его с помощью заинтересованных сторон. К примеру, хотят мэрии городов финансировать свои инфраструктурные проекты - пусть объединяются и создают УБРР 2, который на стадии роста масштабов операций получит поддержку правительства, например в форме взноса в уставный капитал или в форме госгарантий и т.д.             Украинский опыт показывает, что нужно заблокировать все новые проекты в финансовом секторе с прямым участием правительства в капитале, и создать систему фандрайзинга, ориентированную на гражданское общество, местные сообщества или ассоциации компаний, объединенных по отраслевому признаку. Параллельно не мешало бы ввести ответственность за неудачные проекты и поработать над средой, которая не препятствует, а наоборот стимулирует к хищению средств.            

Фундаментом изменений должна стать инициатива по созданию проектов снизу, которая лишь подхватывается государством на заключительном этапе реализации. Все остальные инициативы, очевидно, уйдут в песок нашего финансового рынка, также как и описанные выше проекты.   Виталий Шапран, член исполкома УОФА                       

Просмотров: 453